Госсовет Коми направит в прокуратуру республики обращение с рекомендацией информировать уполномоченного по правам детей в Коми о передаче в суд уголовных дел в отношении членов семей, в которых проживают несовершеннолетние дети. Даже если дети не являются фигурантами (пострадавшими) в совершенных преступлениях. Как написала в своем блоге на БНК член Общественной палаты Дарья Шучалина, это одно из решений по итогам совещания в Госсовете, поводом для которого послужило избиение до смерти двухлетней девочки Нади. Представляем пост вниманию читателей агентства.

Полиция признала, что не доглядела в истории с избиением девочки. Ответ из прокуратуры по этому случаю в Общественную палату республики еще не поступил. Фото Кирилла Затрутина

Коллеги - журналисты БНК - уже публиковали репортаж с «круглого стола», который прошел в конце этой недели в Госсовете Коми. Он был инициирован, как заявила модератор, парламентарий Людмила Афанасьева, на основании открытого письма в адрес спикера Игоря Ковзеля, которое я направила как член ОП Коми с предложениями по новым - более тщательным - методам отбора кандидатов на посты мировых судей.

Как заявила на мероприятии Людмила Леонидовна, рекомендации дельные, так что депутатский корпус и руководство Госсовета уже приступили к их изучению.

Что же касается «круглого стола», идей было высказано много. Все они нацелены на предотвращение насилия над детьми дома и вне его, а также - на оперативное вмешательство профильных служб в жизнь семей, где родители не уделяют детям должного внимания.

Мое предложение, поддержанное собравшимися, касалось усиления взаимодействия правоохранительных органов и главного защитника юных северян - детского омбудсмена (в настоящее время эту должность занимает Нелли Струтинская, прежде возглавлявшая Минобразования Коми).

Дело в том, что судьи не принимают во внимание факт наличия несовершеннолетних детей в семьях, когда рассматривают дела о преступлениях между взрослыми. Как в случае с эжвинской девочкой Надей, отчим которой вначале был подвергнут уголовному преследованию за побои своей гражданской жены.

Однако если о таких уголовных делах будет знать уполномоченный по правам детей и сможет посещать судебные процессы, то при необходимости будет выходить на соцслужбы, комиссии по делам несовершеннолетних и иные структуры, ответственные за защиту прав подрастающего поколения.

В судах позицию следствия представляет гособвинитель - сотрудник органов прокуратуры. А любое уголовное дело направляется в суд только после утверждения данным надзорным ведомством обвинительного заключения.

Так что представители «ока государева» всегда в курсе контекста криминального деяния. Следователи (будь то сотрудники МВД или СУ СК) в рамках межведомственного взаимодействия могут дать информацию прокуратуре о наличии детей у взрослых, в отношении которых возбуждены уголовные дела.

Эжвинская трагедия могла бы не произойти по многим причинам. Одна из таковых - если бы после примирения сторон несколько месяцев назад, когда сожитель избил мать погибшей девочки, эта семья была взята на особый контроль соответствующими органами власти.

Сейчас же все они твердят о том, что знать не знали о судебном разбирательстве. Ведь тогда семья не имела статус неблагополучной, а мировой судья счел возможным вернуть домой мужчину, поднявшего руку на женщину, не приняв во внимание, что под одной крышей этот мужчина продолжит жить с маленьким беззащитным ребенком.

После гибели девочки Общественная палата Коми направила обращения в МВД по Коми и в прокуратуру региона. Из министерства ответ с анализом случившегося уже поступил. Полиция признала, что недоглядела и недосмотрела. Об этом же заявила и представительница МВД Светлана Мельникова, много лет возглавляющая комиссию по делам несовершеннолетних в республике.

От прокуратуры ответ пока не получен. Как мне пояснили в надзорном ведомстве, срок будет соблюден (месяц с момента получения обращения). На самом "круглом столе" прокурор отдела по делам несовершеннолетних и молодежи прокуратуры Коми Светлана Батищева позицию представляемого ведомства относительно эжвинской трагедии озвучивать не стала.

Не высказал отношение к случившемуся и руководитель Минтруда и соцзащиты Коми Илья Семяшкин. Он и представительница Минобразования Коми вообще покинули зал заседаний на середине мероприятия, даже не удосужившись пояснить причину своего преждевременного ухода.

При том, что к Илье Васильевичу вопросов больше всего. Ведь, как теперь общеизвестно, бабушка погибшей девочки задолго до трагедии била тревогу и сообщала чиновникам от социалки о том, что малышку истязают и рано или поздно убьют. Но пожилого человека и слушать не стали.

Понесли ли виновные ответственность и как министерство, отвечающее за соцзащиту, на горьком опыте намерено скорректировать систему подопечных учреждений, отвечающих за защиту детей?