Бывший мэр Сыктывкара Роман Зенищев дал показания в качестве потерпевшего по уголовному делу в отношении сыктывкарского предпринимателя Евгения Нестерова, которому инкриминируется покушение на мошенничество в особо крупном размере.

Фото Николая Антоновского

Как следует из обвинительного заключения, в августе 2013 года Евгений Нестеров вышел на находившегося на тот момент времени в розыске Романа Зенищева. При личной встрече на территории Московской области Нестеров сообщил экс-мэру, что может посодействовать тому, чтобы уголовное дело было прекращено. Он рассказал, что для этого нужно дать сотрудникам правоохранительных органов взятку в 11 млн руб. На второй встрече в сентябре 2013 года Зенищев передал Нестерову 100 тысяч долларов США (по курсу на тот период примерно 3,2 млн руб.).

2 марта 2014 года Роман Зенищев, который уже находился в сыктывкарском СИЗО, под контролем сотрудников УФСБ по Коми, в рамках следственного эксперимента по телефону связался с Евгением Нестеровым, и тот сообщил, что для прекращения уголовного преследования необходимо передать 100 тысяч евро (около 4,8 млн руб.). Эти деньги Нестеров не получил, поскольку 3 марта 2014 года был задержан сотрудниками правопорядка.

Следствие посчитало, что Нестеров обманул Зенищева: на самом деле не обладая никакими возможностями повлиять на следствие и не собираясь передавать деньги сотрудникам правоохранительных органов, распорядился полученными денежными средствами по собственному усмотрению.

После очной ставки Нестеров через третьих лиц перечислил на расчетный счет родителей Романа Зенищева взятую у него в сентябре 2013 года сумму. Бывший мэр направил в адрес следственных органов заявление, в котором говорилось, что больше не имеет к Нестерову претензий.

Евгению Нестерову инкриминируется покушение на мошенничество в особо крупном размере. Вчера после зачитывания обвинительного заключения подсудимый Нестеров вину не признал.

В суде был допрошен потерпевший Зенищев, который высказал версию событий, отличающуюся от изложенной в обвинительном заключении.

Свой рассказ экс-мэр начал с того, что о возбуждении уголовного дела в отношении себя он узнал из средств массовой информации. По словам Романа Зенищева, он сразу заключил соглашение с одним из московских адвокатов, стал искать контакты с сыктывкарцами, которые могли бы ему помочь советом или предоставить какую-нибудь информацию.

- Мне была нужна любая информация, от любого человека, - заявил Зенищев.

- И Нестерова вы никак не выделяете? – спросила допрашиваемого судья Валентина Трофимова.

- Абсолютно никак. Я встречался с сыктывкарцами. Ничего в этом сложного и страшного нет. Встретился (с Нестеровым – БНК), переговорил, сказал, что нахожусь в полном непонимании. Евгений спросил, что я предпринимаю. Я сказал, что пытаюсь заключить договоры с адвокатом, но пока все очень грустно. На этом первый разговор наш закончился. А второй – когда я уже знал, как на него выйти, и он знал, как выйти на меня, – был через месяц-полтора. Он сказал, что, если есть желание, он готов поговорить с какими-то адвокатами и найти вариант, как мне помочь, организовать работу по моей защите.

- Какую помощь оказать?

- Помощь в организации защиты. И адвокаты, и люди, и, возможно, какая-нибудь пресса, еще что-либо. Ни он, ни я этим заниматься не могли. Этим должны заниматься профессионалы, и выйти на этих профессионалов мне, находящемуся в розыске, было практически невозможно. Он сказал, что постарается это сделать, но, чтобы это все заработало, нужны финансы. Я сказал, что пока денег нет, но я постараюсь их достать. Я вышел на своих знакомых, и мне помогли.

- В обвинении фигурирует: «передача взятки сотрудникам правоохранительных органов». Эту взятку Нестеров должен был дать вашими деньгами?

- Такого в разговорах с Нестеровым у нас не было. Как только меня задержали, сотрудники ФСБ много что мне говорили. Повторять здесь даже не хочу. И ими было сказано, что им доподлинно известно, что Нестеров меня бы «кинул», то есть взял деньги и забыл бы о моем существовании.

- Что вы под организацией защиты подразумевали? Найти хороших адвокатов либо еще что-то?

- Комплекс мер по моей защите и защите моей семьи.

- Подразумевалось ли, что эти деньги пойдут на передачу взятки какому-то должностному лицу?

- Об этом речи не было. Когда я оказался в СИЗО, мне принесли это заявление, и я его подписал, в котором так было уже сказано, трансформировано. Для чего это было сделано? Мне объяснили: «Если ты хочешь вернуть деньги и чтобы в ближайшее время изменили меру пресечения, то надо такое написать. Я о заявлении, которое фигурирует в уголовном деле.

- Мотивы подписания?

- Мне объяснили, что это нужно, если я хочу вернуть деньги – потому что им доподлинно известно, что Нестеров меня обманул. Если бы я не подписал, остался бы без денег и без защиты. У меня был арест, думал, если подпишу – возможно, они помогут изменить меру пресечения. Я просил встречу с Нестеровым. Мне сказали, что до подписания заявления никакой встречи не будет. Потом встреча состоялась уже в рамках этого дела. Он сказал: «Надо вернуть деньги – верну». Какие-то дела делал. Как выяснилось, адвокат был нанят. Я от него отказался, потому что я вынужден был защищаться совершенно другими способами. Все встречи со следователями были без адвоката. Раз мне невозможно встретиться, может быть, возможна какая-то встреча с моим знакомым, я готов написать Евгению с просьбой или вернуть деньги, или дать понять, что делается по поводу моей защиты. Мне сказали, это возможно. Я написал записку. Не знаю, есть ли она в материалах дела. Как только Нестеров отдал деньги моим родителям, я написал, что никаких претензий не имею. Потому что мне было объяснено, что это заявление – формальность.

- Вам не говорили, что передача денег Нестерову повлекла за собой возбуждение уголовного дела в отношении него?

- Нет, не говорили. Я об этом догадался, как только в СИЗО мы с ним пересеклись. И о том, что его арестовали на основании моего заявления, - мне никто не говорил.

По ходатайству стороны обвинения были оглашены показания Зенищева, данные им в ходе следствия 2 марта 2013 года.

Из показаний следует, что Зенищев, узнав, что в отношении него возбуждено уголовное дело, посчитал, что оно носит политический характер. Чтобы не быть задержанным, стал выяснять ситуацию, находясь в Москве. С близкими созванивался по телефону и лично встречался с наиболее доверенными людьми. В конце августа 2013 года на Зенищева через одного такого знакомого вышел Евгений Нестеров. Договорились о встрече в Подмосковье. Нестеров предложил свои услуги по урегулированию проблем экс-мэра. Со слов Нестерова, у него были знакомые из числа влиятельных сотрудников правоохранительных органов, которые за вознаграждение могут решить вопрос о прекращении уголовного дела.

- Нестеров обозначил, что за возбуждение уголовного дела против меня руководство республики заплатило «силовикам» 10 млн рублей, а для прекращения необходимо дать взятку 11 млн рублей. Нестеров указал, что сумма предназначается именно для «силовиков», а не для него самого. Как сказал Нестеров, его участие обусловлено желанием оказать бескорыстную помощь. Зная Нестерова длительное время, я знаком с его окружением, в которое входили влиятельные люди, я ему поверил. Я осознавал, что Нестеров фактически предлагает при его посредничестве дать взятку сотрудникам правоохранительных органов за прекращение уголовного дела против меня, но считал, что другого выхода у меня нет. Для того чтобы решать вопрос, я должен был передать аванс в четыре миллиона рублей, - говорится в показаниях потерпевшего Зенищева, данных им спустя примерно неделю после задержания.

Зенищев в своих показаниях указывал, что передал Нестерову 100 тысяч долларов США, а тот обещал позвонить, как только в решении вопроса будет какое-то продвижение. Примерно через неделю после этого в квартире Зенищева, на предприятии его супруги прошли обыски. Он позвонил Нестерову и просил объяснить, почему происходит давление на его близких. Нестеров сказал, что нужно сдаться сотрудникам правоохранительных органов. На вопрос Зенищева, как именно это нужно сделать и кто будет обеспечивать гарантии, что его не задержат, а дело прекратят, Нестеров сказал, что ответит позднее. Экс-градоначальник в последующем пытался выйти на Нестерова, однако вразумительных ответов не получал. 20 февраля 2014 года в Москве сотрудниками УФСБ по Коми Зенищев был задержан. От них он узнал, что им известно о его договоренностях с Нестеровым. Под контролем ФСБ Зенищев позвонил Нестерову. На вопрос Зенищева, может, он просто так деньги отдал, Нестеров ответил, что «все под сукном» и его выпустят.

В судебном заседании потерпевший признал, что давал такие показания. При этом потерпевший настаивал, что переданные им деньги Нестерову предназначались для организации его защиты, а не для дачи взятки. А заявление о том, что эти денежные средства предназначены для взятки, по словам Зенищева, им было подписано под воздействием обмана со стороны сотрудников ФСБ.

- Мне было объяснено, что если я говорю, что деньги – для организации защиты, то с деньгами можно расстаться, - пояснил допрашиваемый.

- То есть вы сознательно под воздействием таких аргументов допустили такую формулировку в протоколе вашего допроса? – спросила судья.

- Совершенно верно. Причем мне сказали, что это формальность.

- Под гарантии возврата вам денежных средств?

- Ну, там не только это было сказано. Еще кое-какие гарантии мне были даны. Трудно вспомнить сейчас. Я был достаточно удивлен, когда ко мне привели Евгения на очную ставку.

- И вы эти же показания о даче денег в качестве взятки…

- На очной ставке – нет. Такого уже не было. Тут я уже понял, что меня ввели в заблуждение и из-за этого еще хуже все происходит.

Адвокат Бастраков поинтересовался у потерпевшего, был ли у него на 2 марта 2013 года защитник.

- По-моему, уже нет. Все опросы, допросы, показания – все это было без защитника, - подчеркнул допрашиваемый.

По словам Зенищева, на очной ставке он заявил, что не сам написал заявление, эту бумагу ему принесли.